Год назад крушение самолета под Смоленском всем полякам казалось ужасающей национальной катастрофой. Сейчас большинство поляков, как показывают опросы Центра исследования общественного мнения, этой темой не интересуются вообще.

Почему такая смена настроений?

Сразу после трагедии началась политическая игра. Первым сигналом стало решение похоронить президента Леха Качиньского в Вавельском замке в Кракове. Многие восприняли это как мифологизирование и политизацию трагедии под Смоленском. В итоге людям надоело каждодневное преувеличенное внимание к катастрофе. Многие признаются, что чувствуют от этого неприятный осадок. Двое студентов даже предложили объявить один из дней в году днем без дискуссий о смоленской катастрофе.

Осенью в Польше грядут парламентские выборы. Пойдет ли в ход «смоленская карта»?

Несомненно. Ведь во время прошлогодних президентских выборов штаб Ярослава Качиньского обрабатывал ее беспрерывно. Общественное телевидение было забито материалами о заговоре... Рассудительный человек это все отсеет. Но останутся 20%, которые по-прежнему будут в это верить. А ведь может случиться и так, что начнут откапывать гробы жертв авиакатастрофы под Смоленском - уже были индивидуальные требования об эксгумации.

  Ярослав Качиньский больше всего хочет, чтобы его погибший брат стал в сознании поляков мучеником, а в истории Польши - фигурой, равной Пилсудскому, который лежит по соседству с Лехом Качиньским в Вавельском замке. Кстати, на днях слова Качиньского, который сказал, что его брат погиб «мученической смертью», прокомментировал кардинал Станислав Дзивиш. Он заметил, что там случилось несчастье, а с «мученичеством мы имеем дело тогда, когда смерть наступает за веру».